– Наш отец не способен шевелить извилинами, да и нет у него такого органа, как мозг, но мать обязана хоть изредка включать соображалку. Наверное, когда-то он был нормальным человеком, с острым умом и замечательной памятью, именно в то время он и сделал меня. Я удалась на славу. Внешне, правда, самая обычная, из толпы не выделяюсь, шатенка с карими глазами, рост средний, не худая и не толстая, хотя килограммов пять можно скинуть. А вот ума мне боженька отвалил на троих. Сколько себя помню, столько слышала похвалы педагогов. В детском саду я быстрее всех собирала пирамидку и мгновенно разучивала песенки, в школе получала одни пятерки, только пятерки и ничего, кроме пятерок. К куче разных способностей прилагается потрясающая память, мне достаточно один раз прочитать текст, и он намертво впечатывается в мозг. В институт я поступила без всякого блата, учусь на третьем курсе, иду на красный диплом и получу его без проблем. Я не пропускаю занятий, прилежно выступаю на семинарах, и преподы, в основной своей массе откровенные козлы, в восторге от старательной Ксюши Королевой. А еще я ловко умею прикидываться паинькой и даже хотела поступать в театральный вуз, но вовремя сообразила: лучше стать психологом, потом можно пристроиться на службу в крупную компанию, получать приличную зарплату, купить себе машину, отдельную квартиру… В общем, со мной все будет в порядке, а вот с Леркой!..
Ксения прижала к себе судорожно всхлипывающую сестру.
– Каким местом думала мамаша, заводя двенадцать лет назад чадо от алкоголика? Сообщив мне о своей беременности, Ирка, как всегда, плаксиво проныла: «Думаю, рождение ребенка заставит Петю одуматься, он увидит младенца и бросит пить!»
Мне в тот год исполнилось всего восемь лет. Разве я слышала о науке генетике, строго предупреждающей дур: поостерегитесь рожать от пьяниц. Я только обрадовалась появлению сестрички, решила, что у меня теперь будет подружка и компаньон по играм. Но мать! Где была ее голова? Похоже, у нее под черепной коробкой опилки вместо мозга. И в результате у нас появилась Валерия, совершенно больная и очень нервная. В двенадцать лет Лерка ходит в третий класс, потому что до сих пор с огромным трудом может прочитать текст и выполнить простое арифметическое действие – сложение. Про умножение и деление лучше не вспоминать, она их, думаю, никогда не освоит. Но вот парадокс, при всей своей бескрайней тупости Лерка пользуется авторитетом в классе, у нее полно друзей, которых она охотно зазывает домой. Сестру совершенно не волнует, какое впечатление на людей произведет наша жуткая нора и пьяный папенька. Лично я перестала приглашать приятелей после того, как папахен устроил на моем девятом дне рождения жуткий дебош и вышвырнул в окно праздничный торт со свечками…
– Ща те покажу-у-у! – донеслось из соседней комнаты. – Убью на …!
– Петечка, солнышко, не волнуйся, – заканючил женский голос.